Читаем без скачивания Вечность душ. Исправление ошибок - Эдуард Береснев

Через неровный строй людей, окруживших Джода, направился пожилой человек, с седыми волосами, покрытыми чем-то похожим на накидку. Его шаги были мелкими, но в то же время твердыми. Он молчал и пристально смотрел вперёд.

– Бог, мстящий за меня и покоряющий мне народы, и избавляющий меня от врагов моих! – уже кричал Джод – Ты вознёс меня над восстающими против меня и от человека жестокого избавил меня. За то буду славить тебя, Господи, между иноплеменниками и буду петь имени твоему, величественно спасающий царя и творящий милость помазаннику твоему Давиду и потомству его вовеки.

Он прекратил и выставил перед приближающим человеком левую руку. Большой палец и мизинец на ней были оттопырены в стороны, указательный и средний, как будто были склеены между собой, а безымянный был согнут и прижат к ладони. Сол вздрогнул. Он впервые увидел знак Жнецов высшего класса, с помощью которого они производили захват душ.

V

– Не богохульствуй сын, мой. Твои слова полны желчи. – произнес ставший напротив Джода старик. – Не забывай где ты находишься.

Он вскинул руку в верх и перекрестил Джода. Солу показалось, что он слышал похожий голос – сильный, волевой, голос молодого, уверенного в себе, но никак не постаревшего человека.

– Простите мне, святой отец, но кажется, святая вода подействовала на меня не так как на других верующих. – он улыбнулся и сделал шаг в направлении священника. – Приветствую тебя мой старый друг и благодарю Бога, за то, что ты до сих пор в обществе живых.

– Твоими молитвами, Джод, твоими молитвами. – священник подошел к нему и приветственно обнял. – Я всегда рад тебя видеть.

– Видеть это одно, но я рассчитывал на угощение. – Джод наклонился к уху священника и Сол еле услышал – Надеюсь не все так плохо и у нас найдётся время для разговора.

– Я знал, кто направлен ко мне и поэтому времени у нас предостаточно – в его широкой бороде мелькнуло подобие улыбки. – Но, кажется сперва ты должен представить мне своего коллегу.

Он вопросительно уставился на Джода, тот легкомысленно направился в сторону лестниц, ведущих к лифтам и бросил на ходу:

– К чему эти формальности, ненужная трата времени.

Толпа окружившая его сразу стала расходиться, а те, кто оказался на его пути шарахнулись в сторону с такой быстротой, как будто опасались, что его слова действительно будут подкреплены действием.

– Не вините его, молодой человек. – произнёс священник. – Он всегда отличался легкомысленностью, но только в те моменты, когда это возможно. Я всё удивляюсь, как решились дать ему ученика?

Он взял Сола под локоть и направился в сторону, где уже не было видно Джода.

– Простите мне мою грубость, за то, что я так и не представился. Меня зовут Нестор, я старший отец настоятель монастыря Мон-Сен-Мишель, и глава Объединённой Церкви, а также старый, очень старый друг Джода.

– Мне очень приятно с вами познакомиться – пожал Сол протянутую руку. – Моё имя Сол, я Жнец без ступени.

– Все мы с чего-то начинали. – произнес Нестор и опять, лёгкая тень улыбки появилась у него на губах.

Когда минуя лестничные пролёты и поднявшись на самый верх на лифте, они вошли в огромный кабинет, заставленный стеллажами с книгами, Джод сидел за столом, а из его чашки поднимались огромные клубы пара.

– Ты так ещё и не избавился от всех этих книг? – обвёл он взглядом стеллажи и закинул ноги на полированную поверхность стола.

– Привычки Джод, привычки – это одно из немногих, чему я обязан тебе. – он подошёл к столу и вытянул стопку бумаг из-под его ботинок. Указывая на стул рядом, обратился к Солу. – Присаживайтесь молодой человек, отдохните с дороги.

– Нестор! – обратился к нему Джод – А где все ваши монахини, за всё то время, что я шёл к тебе в кабинет, я встретил лишь несколько штук, да и то, у меня появилось такое ощущение, что они не меняли тела с самого начало. Или они чем-то заняты?

– Нет, Джод. – ответил он, наливая Солу чай, в огромную чашку. – Их действительно нет. Когда у женщин появляется возможность, всегда оставаться молодой и красивой, стены монастыря перестают их привлекать и их единственный возлюбленный, перестает казаться таким уж необходимым. Они утрачивают веру и покидают нас. Мы давно утратили ту мощь, которая была у церкви.

Он надолго замолчал, глядя в огромное окно. Сол видел усталость, которая отразилась на его лице, видел переживания, через которые прошёл этот человек. Действительно, думал он, душа всегда накладывает свои отпечатки на тело, будь то, тело старого человека или только что, полученная оболочка.

Молчание прервал Джод:

– Нестор, – прошептал он, но заметив, что тот не реагирует, проговорил чуть громче. – Нестор, а как вы, ну это – он замешкался, а затем стал указывать на бисквитное печение в своей руке, которое он, не переставая опускал в чай. – Отдыхаете?

– Ты, о чем? – вернулся к реальности священник?

– Я вот тут подумал, если монахинь теперь, рядом с вами нет, а те, что остались, пока не рыба ни мясо, ваша организация опять переключилась на юных мальчиков, или как гордые самураи не выносите сор из избы. – его улыбка стала настолько широкой, а в глазах появился какой-то нездоровый блеск.

Сол вздрогнул от оглушительного удара, который потряс кабинет. Звук был настолько невероятен, что сразу показалось, что верхние этажи начинают рушиться, под тяжестью своего веса.

– Хватит! – прокричал Нестор, ударив ладонью по столу, когда он убрал руку, Сол увидел на том месте вмятину, как будто стол был всего лишь куском мягкой глины.

– Ты о чём? – поднял брови в удивлении Джод.

– Сколько я тебя знаю, сколько помню, ты всегда переходил все рамки дозволенного! Скажи мне Джод, чего ты добиваешься все эти годы!? Чего ты хочешь!?

– Чего!? – Джод привстал с кресла и уставился на Нестора. – Я хочу, чтобы ты, старый идиот опомнился, увидел, что происходит вокруг. Мир уже давно не тот, что был прежде, да и не станет таким.

Он вышел из-за стола и стал рассматривать корешки книг, стоявших на стеллажах.

– Ты все ещё не можешь представить себе, что люди достойны выбирать то, что им хочется? Господи, Джод, в каком мире ты хочешь жить. – лицо Нестора перестало выглядеть суровым.

– В мире! – прокричал Джод, – В каком мире я хочу жить.

Он уставился на Сола:

– Ты знаешь, что такое пожертвования и подношения?

– Я читал об этом. – проговорил он. – Но не понимаю, к чему ты клонишь?

– А я объясню. – сказал Джод и достал огромный бумажный альбом в твердом переплёте. – Когда Жнецы только появились, было тяжело, даже очень – гонение со стороны церкви, отслеживание общественностью каждого шага, каждого их действия. Многие не верили в то, что возможно переселить души в новые тела, но были и те, кто не сомневался. Те, кто стал на их сторону. Они помогали всем, чем могли, кто предоставлял территории для экспериментов, кто сам становился подопытным, многие жертвовали деньги, большие деньги. – он открыл альбом и начал перелистывать страницы. – Жнецы смогли вырваться из-под опеки. Были построены сотни клиник по всей стране, в которых создавали новые тела и выращивали органы, все стало меняться настолько быстро, что трудно себе представить. В первый год, новое тело получили сотни добровольцев, на следующий их уже были тысячи, через год – миллионы. Сотни спасённых жизней, миллиарды новых возможностей.

Он вернулся к столу и уставился на Нестора.

– Ответь ему, что церковь делала со своими пожертвованиями?

– Мы помогали страждущим… – начал было отвечать он, но Джод перебил.

– Храмы! – он бросил на стол открытый альбом, в котором были фотографии необычных зданий, разной величины, с маленькими окнами и большими куполами, которые венчались крестами. – Храмы. – проговорил Джод уже тише. – Ты упомянул страждущих, но забыл сказать, что только лишь себя к ним и относили. К вам приходили калеки, надеясь на помощь и чудо и уходили от вас калеки, только уже без денег, но так и не увидевшие его. Вы вбивали в головы прихожан слово, которое не давало выздоровления, вы обещали обман…

Он закурил и устремил свой взор на поникшего Нестора.

– Чего молчишь священник? Нечего ответить? – он выпустил струйку дыма в его лицо, но она преломилась на середине пути и в виде воронки устремилась к потолку. – Зато у меня есть, что ещё спросить. Что вы сделали, когда поняли, что с прошлой религией покончено? Вы пали в ноги и напомнили о сострадании, вы выпросили у властей эту скалу и построили свой новый храм. А когда первые из оставшихся, подошли к порогу смерти. Сколько из них решилось отправиться к своему богу? Ни одного! – Джод стряхнул пепел с сигареты на полированный стол и продолжил. – Вы вспомнили, что среди вас есть буддисты, а они приверженцы переселения душ. Вот он ответ. На виду, стоит только протянуть руку и взять его.